Пособие по демократическому патриотизму: Как правильно вставать с колен

[profi]

"Надо сделать так, - сказал Гитлер 4 ноября на предвыборном собрании в Бреслау, - чтобы этот день был отмечен в истории нашего народа как день спасения, чтобы можно было потом сказать: 11 ноября немецкий народ формально потерял свою честь, но вот прошло пятнадцать лет, наступил день 12 ноября, и немецкий народ вернул себе честь".

В канун выборов, 11 ноября, в обращении к народу по радио почтенный Гинденбург тоже призывал: "Проявите завтра стремление к национальному единству и солидарности с правительством. Отстаивайте вместе со мной и рейхсканцлером принципы равноправия и почетного мира и покажите всему миру, что мы оправились от болезни и с божьей помощью сохраняем единство немецкого народа!"

Реакция немецкого народа, прожившего пятнадцать лет в обстановке отчаяния и недовольства в результате поражения в войне, была почти однозначной. В референдуме участвовали 96 процентов зарегистрированных избирателей; 95 процентов этого числа одобрили решение об уходе из Женевы. На выборах в рейхстаг за список нацистской партии (в него вошли также Гинденбург и шестеро ненацистов) отдали свои голоса 92 процента избирателей. Даже в концлагере Дахау 2154 заключенных из 2242 проголосовали за правительство, по вине которого они там оказались!

Уильям Лоуренс Ширер, Взлет и падение третьего рейха (Том 1)

Comments

[trurle.livejournal.com]

Вот как раз то что и они проголосовали за нацистов, и наводит на мысль о менее чем вполне свободном волеизъявлении не только в лагере, но и на воле.

[profi.livejournal.com]

Может быть вчера я бы думал так же, как и Вы. Сегодня - нет. Я не случайно начал внимательно перечитывать Ширера. У нас перед глазами - контрольный объект. С очень большой вероятностью волеизъявление немецкого народа было относительно свободным. Описывая 14 лет эволюции Веймарской республики, Ширер просто недвусмысленно доказывает, что так оно и было. Хотя элементы насилия в системе были, отрицать их бессмысленно. Но не это определяло. Смертельного страха перед системой, который появился в Германии значительно позже, а в СССР тридцатых просто преобладал, в Германии 33-го не было. Факт.