Шмуячечная - 2: Вот в чем вопрос. (С)

[profi]

Читать иль не читать? Заслуживающая доверие (прежде всего - своей грамотностью и непредвзятостью) литературный критик Галина Юзефович пишет в "Медузе":

Если завязка, выдержанная в почтенных традициях китайской притчи о философе и мотыльке (уж не говоря о кинематографе братьев Вачовски и драматургии Нины Садур), не показалась вам многообещающей, то я не могу вас всерьез осудить. Признаться, такой чистой, безукоризненной скуки книги Виктора Олеговича Пелевина не вызывали во мне со времен, пожалуй, «Шлема ужаса». Очищенный от актуальных аллюзий и пророческого пафоса, а заодно и от языковой игры, дистиллированный и бесцветный «Смотритель» представляет собой — ну, да, типичного голого короля. И хотя сам автор обнажает данный прием, в самом тексте романа давая отсылку к этому хрестоматийному образу (все же в чем-чем, а в рефлексивности Пелевину не откажешь), предлагаемая им дальнейшая трактовка («дура, король потому и голый, что сейчас тебя драть будет») выглядит амбициозно, но не особо убедительно. Что-то не похоже, что во втором томе Пелевин в самом деле будет нас «драть». По крайней мере, пока не верится.

"Цукербрины", как известно, у меня ничего, кроме злобного недоумения не вызвали. напороться на что-то подобное (по многословию и унылости) очень не хочется. Значит - поверить Юзефович и не читать? С другой стороны, есть почти обоснованная теория trurle о четных и нечетных годах в творчестве Виктора Олеговича.

В раздумиях. Может, кто-то уже успел осилить первый том и любезно поделится впечатлениями?

Comments

[sova-f.livejournal.com]

Новый роман Пелевина не оправдал надежд на возвращение искрометности рассказов 1990-х или хотя бы бархатного интеллектуализма романов 2000-х. Даже конструкция романа не меняется годами — такое ощущение, что Пелевин издевается над критиками. С размеренностью Мерфи, героя Сэмюэла Беккета, который целый день ритмично качался на кресле-качалке, Пелевин ни на йоту не отклоняется от своего иезуитского ритма. Рождение и обучение героя (15 страниц) — инициация (20 страниц) — женщина (12 страниц) — опять инициация, посвящение в высшую касту (22 страницы) — история сотворения мира (20 страниц) — разоблачение и разрушение мира (50-60 страниц). Автор в этом смысле работает как часы. Он даже не может отказаться от образа Башни, которая лет уже 10 или 15 сопровождает героя при инициации. Но отличие этого романа от двух, скажем, предыдущих в том, что тут сюжет, тема и прием очень подходят друг другу.
Подробнее: http://www.kommersant.ru/doc/2800185

Если не врут, то малообещающе... пускай враги мои читают.
Ну или хорошие люди, но сильно любопытные.

[profi.livejournal.com]

Вот тут, в комментах, отзывается человек, имевший сомнительное удовольствие прочесть. Я решил не читать.