profi | Навстречу годовщине "крымнаша"

Сдублирую-ка я свой постинг, написанный почти год назад в качестве первой реакции на событие. Мое мнение по поводу с тех пор не изменилось. Скорее - укрепилось.

Семейная история

Жили-были соседи. Назовем их, скажем, Петр Петрович и Тарас Тарасович. И были они не то, чтобы просто добрыми соседями, но и довольно близкими родственниками. Всякое между ними было - хорошее и плохое, что сейчас вспоминать? Было. Прошло. Хотя зарубки на памяти и оставило. Но мы ведь не об этом. Была у Тараса Тарасовича жена, Олимпиада. Красавица, телом богата, прямо кремовая. И Петр Петрович, и Тарас Тарасович так и звали её - Крема. Правда, держал Тарас Тарасович Крему слегоньца в черном теле. Не до Кремы ему иногда было, Тарасу Тарасовичу. А Петр Петрович на Крему все время заглядывался. Как раз с тех пор, как с большого бодуна проиграл Крему Тарасу Тарасовичу в шашки Чапаева. А до того Крема была женой Петра Петровича. И тогда как раз он, Петр Петрович, не обращал на Крему внимание. То пришлому городскому Соломону Соломоновичу собирался сбагрить, то еще кому задаром подарить. Крема, она ведь всегда прожорливой была. Дело прошлое! А сейчас опять потянуло Петра Петровича на Олимпиаду. Так потянуло - аж есть не может. Спать не может - Олимпиаду хочет. Завел себе одну, пришлую - не то! Дружок колом стоит, но за очень большие деньги. И на пару недель. Так и разориться недолго. Нафик она, такая Олимпиада, нужна? А Крема вот она, рядом. Глазом косит, бровями играет. Дразнится. Понять ее можно - приболел Тарас Тарасович. Давно уж как приболел. Совсем жену не голубит. Вот она на Петра Петровича и косится. Знамо дело - баба! А у Тараса Тарасовича-то дела все хуже и хуже. Болеет, с кровати подняться не может. Приступы у него. Сердечные атаки и постоянное помутнение общественного сознания. Какая тут Крема! Выжить бы! На ноги встать. С тараканами разобраться. Своими и пришлыми, соседскими. Беда, в общем!

Посмотрел на все это Петр Петрович и... В общем, не долго думая, вломился Петр Петрович к соседу и взял Крему вежливою силою. Хотя она, Крема, и сама не сопротивлялась. И даже подбаривала снасильника томными стонами и многозначительными писками. Произошло это прямо на глазах Тараса Тарасовича и еще десятка-другого соседей. Тарас Тарасович онемел и даже немного впал в кому. Соседи пошумели, повозмущались, нассали Петру Петровичу в давно пересохший колодец, и - разошлись. Своих жен охранять, наверное. Вышел Петр Петрович из соседской хаты довольный, ширинку застегивает, поздравления принимает. Глаза аж светятся! Поиграл на миру желвачками, полетал со стрехами, и пошел отжимать соседское добро. Часть хаты, шмотки, бабки, кремины колечки и кринолины - вроде как Кремино приданое. Подумывает и самого Тараса Тарасовича из хаты выкинуть, но пока не решился. Думает. Не будем ему мешать.

Я все это к чему тут рассказываю? С одной стороны, Олимпиаде-Креме было какое-то время хорошо. Да и Петр Петрович погулял на славу. С другой стороны, люди придумали такую штуку - развод называется. Чтобы все было по-честному, с прицелом на дальнейшую нормальную жизнь. Чтобы имущество делили по-братски. Чтобы алименты на детей. Чтобы мирно все было и тихо. Не стал этого Петр Петрович делать. Не стал. Даже то что он на следующий день притащил выписанную пьяным дьяком в корчме справку о том, что Крема требует цивилизованного развода, Петра Петровича не оправдывает. По-моему, бандит он и насильник. Чтобы был здоров, конечно!