Россия, которую они потеряли
Oct. 8th, 2012 11:22 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
profiЧто за сладостный край,
Где всего через край,
Где полно и жратвы и питья,
Так что черт побери,
Знай гуляй, пей да жри.
И да здравствует ...
Песня Тиля из ленкомовского спектакля "Тиль", 1978 год (Тогда же и увиденного. Дважды)
Сл. А. Дольского, муз. Г. Гладкова. Исп. Н. Караченцев.
Прекрасный текст - подспорье для дебатов с плакальщиками по "великой России, сытной и благополучной".
Краткая исторяя фальсификации пищевых продуктов в дореволюционной России.
...революционеры — тоже люди, они болели и за народ, и вместе с народом. Нередко той самой болезнью, которая вынуждает человека подолгу пребывать в позе мыслителя. В частности, после посещения трактира. Ведь нарезанная в толщину папиросной бумаги осетрина из «Елисеевского» в старинной кинохронике — это фасад продуктового изобилия при царском режиме. Реальность — дизентерия и массовые отравления: качественные продукты даже в крупных городах «потерянной» России купить было проблемой. Да, история запомнила купцов Елисеева, Филиппова и еще горстку дороживших своей репутацией. Но гораздо больше было жулья. И бургундское в кабаке как один из символов процветающей империи — это, грубо говоря, фуфло. Мы, не знающие тех далеких реалий, сегодня покупаемся на него — экранизированное или расписанное в псевдоисторических романах.
Где всего через край,
Где полно и жратвы и питья,
Так что черт побери,
Знай гуляй, пей да жри.
И да здравствует ...
Песня Тиля из ленкомовского спектакля "Тиль", 1978 год (Тогда же и увиденного. Дважды)
Сл. А. Дольского, муз. Г. Гладкова. Исп. Н. Караченцев.
Прекрасный текст - подспорье для дебатов с плакальщиками по "великой России, сытной и благополучной".
Краткая исторяя фальсификации пищевых продуктов в дореволюционной России.
...революционеры — тоже люди, они болели и за народ, и вместе с народом. Нередко той самой болезнью, которая вынуждает человека подолгу пребывать в позе мыслителя. В частности, после посещения трактира. Ведь нарезанная в толщину папиросной бумаги осетрина из «Елисеевского» в старинной кинохронике — это фасад продуктового изобилия при царском режиме. Реальность — дизентерия и массовые отравления: качественные продукты даже в крупных городах «потерянной» России купить было проблемой. Да, история запомнила купцов Елисеева, Филиппова и еще горстку дороживших своей репутацией. Но гораздо больше было жулья. И бургундское в кабаке как один из символов процветающей империи — это, грубо говоря, фуфло. Мы, не знающие тех далеких реалий, сегодня покупаемся на него — экранизированное или расписанное в псевдоисторических романах.
