![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
profiЛюбопытный факт:
При шахе у Израиля с Ираном не было официальных дипотношений (мусульманский монарх не мог позволить себе еще и такой вольности), но все остальное было, включая посольство,— с полным штатом, послом, посланником, военным атташе и представителем Моссада.
Вообще, очень интересная статья. Интересная прежде всего тем, что она основана на разговоре с очень квалифицированным собеседником.
А вот абзац, который не понравится воинственным фэнам временно возглавляющего нашу внешнюю политику ефрейтора:
Все эти разговоры о том, что Израиль в состоянии предотвратить получение Ираном атомной бомбы, только разговоры. Я не могу представить себе израильские ВВС, которые летят куда-то в Иран, который более чем в три раза больше Франции, с населением свыше 70 миллионов человек, чтобы разбомбить там 15-16 ядерных объектов. Мы не можем это делать. Мы не должны это делать. А те, кто говорят, что мы это сделаем, просто лгут.
Вот так-то. Хотя уважаемый Джон Болтон призывает к другому. Хотя, скорее всего, это не более чем риторический прием для проявления мудашлепской позиции сегодняшней американской администрации. Которые любят поболтать не меньше ефрейтора, помноженного на Биби.
Those who oppose Iran acquiring nuclear weapons are left in the near term with only the option of targeted military force against its weapons facilities. Significantly, the uprising in Iran also makes it more likely that an effective public diplomacy campaign could be waged in the country to explain to Iranians that such an attack is directed against the regime, not against the Iranian people. This was always true, but it has become even more important to make this case emphatically, when the gulf between the Islamic revolution of 1979 and the citizens of Iran has never been clearer or wider. Military action against Iran's nuclear program and the ultimate goal of regime change can be worked together consistently.
