profi | Рассуждение о диктатурах, демократиях и либерализме.

Поводом к появлению этого постинга послужил публичный пиночето-срач между вполне уважаемыми мною Юлией Латыниной и Марком Солониным. О содержании самого срача я могу коротко сказать только то, что Юлия, в припадке разоблачительной анти-левацкой и анти-бюрократической страсти, опять нагромоздила немерянное количество стрелок от осцилографа. Чем изрядно дискредетировала свои, в целом мною разделяемые, идеологические посылки. Марк, со своей стороны, слишком односторонне и мягко интерпретирует хорошо известные факты. Но Латынину он хватает за язык совершенно конкретно. Все так, уважаемая Юлия. Хватит крутить пропеллеры от МИГ-15. Меньше ража, больше внимательности.

Тем не менее, этот пиночето-срач породил совершенно замечательный (ИМХО) текст, принадлежащий перу Андрея Илларионова. Мое отношение к Илларионову очень сложное, часто - далеко не позитивное. Но в этом случае я снимаю перед ним шляпу. Текст заслуживает внимательного прочтения и даже запоминания. Для удобства читателей моего блога я его целиком скопирую сюда. Копирайт, конечно, принадлежит г-ну А. Илларионову (С)

Развернувшееся энергичное обсуждение темы соотношения типов политических режимов, допустимости и границ применения насилия, базовых прав и свобод человека, необходимых реформ, экономического роста (на примерах некоторых эпизодов в недавней истории Чили, Финляндии, Кубы, России, других стран) позволяет сформулировать несколько предварительных выводов.

1. Несмотря на казавшуюся поначалу отдаленность от текущих российских проблем и некоторую экзотичность исторического материала, с которого началась дискуссия (Чили в 1970-1980-х), эта тема оказалась одной из наиболее энергично обсуждаемых. Причина ее востребованности очевидна – обсуждаемые вопросы относятся к ключевым в современной повестке дня для российского общества.

2. Не вполне обычная страстность обсуждения говорит о том, что участники дискуссии подходят к обсуждаемым вопросам с разных, в то же время достаточно ими продуманных и весьма укорененных, идеологических представлений и политических позиций. Неприемлемость нынешнего политического, правового и экономического режима в России оказывается лишь одним из немногих, а иногда – и единственным – вопросом, по которому позиции участников дискуссии совпадают (хотя и это наблюдение выглядит сейчас далеко не столь очевидным, как казалось совсем недавно). По многим другим, в том числе по важнейшим мировоззренческим, позициям взгляды участников дискуссии расходятся, иногда принципиально.

3. Обнаружившиеся разногласия по этим вопросам среди тех, кого еще недавно воспринимали в качестве единомышленников или в крайнем случае союзников, вызвали у ряда участников нескрываемые чувства сожаления и огорчения. Восприятие этих разногласий в качестве случайных, эмоциональных, личных, частных, поверхностных породило попытки каким-то образом «восстановить мир» и «вновь объединиться». С какой бы симпатией к таким попыткам ни относиться, они, по крайней мере, в краткосрочной перспективе, не имеют шанса на успех. Причина такой обреченности заключается не в нежелании или неумении участников дискуссии «договориться», а в наличии у них глубоких, принципиальных мировоззренческих разногласий.

4. Хотя происходящую ныне дискуссию далеко не всегда можно назвать приятной, она вне всякого сомнения является исключительно полезной. Понимание того, каких взглядов придерживается тот или иной участник дискуссии, на основе каких принципов и подходов он строит свои заключения и основывает свои действия, является главной ценностью и важнейшим результатом такого рода обсуждений. К сожалению, такое понимание не всегда обходится без уплаты своей цены, в том числе и в сфере человеческих отношений. Однако при всей значимости такой цены отказ от такого рода дискуссий или их сворачивание ради превратно понимаемого «мира» означал бы уплату гораздо более высокой личной и общественной цены при переходе от теоретических дискуссий к практическим действиям, в том числе и тогда, когда в руках у ошибочно воспринимаемого единомышленника или союзника могли бы оказаться ресурсы для фактической реализации его взглядов.

5. Ключевыми вопросами нынешней дискуссии стали вопросы:
- о демократии,
- о базовых правах и свободах человека,
- о том, кому нельзя доверять политическую власть,
- о насилии,
- об армии,
- о желаемом политическом режиме,
- о свободе слова,
- о терпимости.
Каждый из этих вопросов человечеством обсуждался многократно, каждому из них посвящено огромное количество литературы. Тем не менее новые поколения вновь и вновь решают для себя эти вопросы. Формулировка предварительных выводов из нынешней дискуссии по этим вопросам выглядит, возможно, и отчасти банальной, но тем не менее все же необходимой.

6. О демократии. Наиболее общественно приемлемым (а в длительной исторической перспективе – и наиболее эффективным) методом для решения вопросов совместного ведения в территориальных общностях людей выступают демократические методы, главным признаком которых является наличие равных прав на решение этих вопросов у всех взрослых членов такой общности (у граждан).

7. Об ограничениях демократии. С помощью демократических методов не могут и не должны решаться все вопросы человеческого общества. Вопросы жизни, здоровья, индивидуальных прав и свобод граждан в принципе не могут решаться демократическими методами. Естественные права граждан не могут быть ограничены какими бы то ни было внешними общественными регулятивами, включая и демократические по своему происхождению.

8. О политической власти. Демократическими методами определяются лица, институты и механизмы, предназначенные для решения в течение ограниченного срока вопросов совместного ведения в соответствии с принципами, поддерживаемыми большинством граждан.

9. Об инициативном насилии. Инициативное насилие – индивидуальное, групповое, общественное – какими бы целями, задачами, принципами оно бы ни мотивировалось, является неприемлемым. Лица и их группы, применяющие инициативное насилие по отношению к другим гражданам и их группам, ограничиваются в их индивидуальных правах и свободах. Лица и их группы, проповедующие или оправдывающие применение инициативного насилия по каким-либо основаниям, ограничиваются в политических правах, прежде всего в праве получать и использовать политическую власть.

10. Об ответном насилии. Ответ насилием на инициативное насилие допустим. Однако масштабы его применения должны быть соразмерными. Все взрослые граждане имеют право на владение оружием и его применение при нарушении их индивидуальных прав и свобод.

11. Об армии. Вооруженные силы – особые группы людей, предназначенные для применения организованного насилия. В практическом плане особое значение имеют масштабы применения организованного насилия и его избирательность. С точки зрения обеспечения индивидуальных прав и свобод для большинства граждан компактная профессиональная армия является несопоставимо более предпочтительной, чем т.н. массовая «народная» армия.

12. О свободе. Ключевой фактор успеха того или иного общества в долгосрочной перспективе – уровень прав и свобод, которыми обладают его граждане. Уровень свободы того или иного общества предопределяется объемом наличествующих у граждан индивидуальных прав и свобод; ограничениями, существующими для государства и других институтов человеческого общества по вмешательству в индивидуальные права и свободы граждан; расположением, устойчивостью, предсказуемостью действующей в обществе границы между индивидуальными и общими правами и свободами граждан.

13. О либеральной демократии. Наивысший уровень защиты жизни и здоровья, индивидуальных прав и свобод, благосостояния в долгосрочной перспективе обеспечивает политический и правовой режим, известный под названием политически свободного, или либерально-демократического.

14. О политической свободе и несвободе. Несмотря на очевидные преимущества либеральной демократии значительная часть человечества проживала и продолжает проживать в настоящее время в условиях частично политически свободных и полностью политически несвободных режимов.

15. О типах диктатур. Политически несвободные режимы часто именуются диктатурами. Исходя из мировоззренческой ориентации лидеров диктаторских режимов существуют три основных типа диктатур: левые, правые и без устойчивой мировоззренческой позиции.

16. О левых диктатурах. Сопоставление исторических примеров различных диктатур показывает, что наибольшие объемы насилия, наиболее массовые убийства сограждан и граждан других государств, наибольший масштаб уничтожения собственности, частного и общественного богатства осуществляли левые диктатуры (ленинско-сталинский СССР, гитлеровская Германия, маоистский Китай, кимовская Северная Корея, кастровская Куба, полпотовская Кампучия). Масштабы ограничения индивидуальных прав и свобод в левых диктатурах нередко достигают уровня тоталитаризма.

17. О диктатурах без устойчивой мировоззренческой позиции. Меньшую степень ограничения индивидуальных прав и свобод (по сравнению с левыми диктатурами) демонстрируют диктатуры с лидерами без устойчивой мировоззренческой позиции (как, например, режимы Батисты, Дювалье, Трухильо). К этому типу политических режимов относится и нынешний российский режим.

18. О правых диктатурах. Правые диктатуры (чанкайшистский в Китае и на Тайване, франкистский с 1957 г. в Испании, пиночетовский в Чили) мало отличаются от двух других типов диктатур по объему (не)имеющихся у граждан политических прав, но весьма заметно – по объему их индивидуальных и персональных прав и свобод. В истории отсутствуют примеры правых диктатур с тоталитарным политическим режимом. В правых диктатурах также, как правило, заметно выше уровень обеспечения базового правопорядка, что позволяет им легче, чем левым диктатурам и диктатурам без устойчивой мировоззренческой позиции, со временем эволюционировать к либеральной демократии.

19. О правопорядке (верховенстве права). Ключевым фактором, блокирующим замену нынешнего российского политического режима на демократический (вариант: эволюцию нынешнего российского режима в сторону демократии) является крайне низкий уровень правопорядка (верховенства права). Истории неизвестны случаи создания устойчивого режима либеральной демократии без наличия в обществе в качестве предварительного условия базового уровня правопорядка (верховенства права).

20. О свободе слова, идеологической и политической терпимости. Формирование базового правопорядка, как правило, обеспечивается политической властью. Общество обладает ограниченными возможностями по решению этой задачи. Тем не менее формирование базового правопорядка значительно облегчается при условии обеспечения, сохранения, защиты обществом максимальной свободы слова при признании права на существование в нем различных идеологических и политических взглядов (за исключением взглядов, проповедующих инициативное насилие по отношению к другим гражданам). Без наличия граждан, самостоятельно (без внешнего принуждения) уже соблюдающих требования правопорядка, воссоздание правопорядка во всем обществе представляется делом исключительно трудным и едва ли возможным.

21. О свободе слова в блогосфере и признаках мировоззренческого тоталитаризма. Современные социальные сети, включая блогосферу, представляют собой наиболее свободный от государственного регулирования сектор обмена информацией, наиболее конкурентный сектор общественных дискуссий. Будучи таковым он предъявляет исключительно жесткие требования по качеству предлагаемых для общественного обсуждения позиций, оперативно идентифицирует искаженные, фальсифицированные, клеветнические утверждения независимо от того, от кого бы они ни исходили, и немедленно награждает авторов таких утверждений весьма нелицеприятными оценками. В особенности тогда, когда такие авторы оказываются не в состоянии адекватно реагировать на критику и продолжают упорствовать в отстаивании неподтвержденной и неподтверждаемой информации. Неспособность выдержать такую конкуренцию, предъявить доброкачественный материал и аргументированно его обосновать ведет со стороны таких авторов к призывам ограничить свободу выражения в блогосфере в целом или в ее отдельных сегментах. Наличие таких призывов, как и призывов к люстрации своих политических оппонентов наряду с попытками оправдания сторонников человеконенавистнических идеологий (как, например, коммунизма), допустимости уничтожения противников по политическим мотивам являются верными признаками тоталитарного мышления. Истории неизвестны примеры формирования либерально-демократических правовых политических режимов, создававшихся лицами с тоталитарным мышлением.

Threaded | Top-Level Comments Only

From:

lord-k.livejournal.com

В истории отсутствуют примеры правых диктатур с тоталитарным политическим режимом.

Не понял. То есть режим Муссолини, породивший само понятие "тоталитаризм", не был тоталитарным? Или не был правым? Или все, что происходило до 1945 года - не в счет?

From:

Рассуждение о диктатурах, демократиях и либерализме.

Navigation

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags