![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Отмороженные яйца, или Глядя из Лондона
Apr. 9th, 2021 10:25 amПолитолог Владимир Пастухов о предчувствии и предпосылках войны. https://novayagazeta.ru/articles/2021/04/08/voennye-moshchi
ИМХО, - очень любопытный текст. И, к тому же - хорошо написанный.
В России, напротив, можно говорить об элитарном консенсусе в высшем эшелоне власти. Суть этого консенсуса — в допущении войны как средстве решения внутриполитических и внешнеполитических проблем и в морально-психологическом оправдании неизбежных на войне жертв.
Это единение возникло не на пустом месте. Оно является следствием реидеологизации режима. Начавшись как прагматично-меркантилистский, ориентированный в большей степени на материальное, чем духовное, он за двадцать лет переродился в квазитеократическое государство, отрастив себе новую идеологию взамен утерянного коммунизма. Эта идеология является эклектичной и внутренне противоречивой, что, безусловно, скажется на будущем режима, но для настоящего важно, что она есть. Этот идеологический «коктейль Молотова», в котором смешаны советское и православное мессианство, оказался великолепной «заправкой» для воспламенения русского милитаризма. Вокруг этого идеологического эрзаца сформировалось нечто наподобие секты, у которой адекватность восприятия окружающей реальности ограничена их резко суженным и затромбированным собственными мантрами мировоззрением. Эти вполне могут повторить.
Решимость, в основе которой лежит подавленная истерика, — самая благоприятствующая среда для развязывания войны; эта решимость не ведает сомнений, не пускает внутрь себя трезвый расчет, а поэтому чаще всего становится матерью авантюрных шагов.
Это блатная решимость шпаны из подворотни, готовой на адреналине, подскакивающем от осознания собственной крутости, ввязаться в любую драку. Откуда вышли, к тому и пришли.
ИМХО, - очень любопытный текст. И, к тому же - хорошо написанный.
В России, напротив, можно говорить об элитарном консенсусе в высшем эшелоне власти. Суть этого консенсуса — в допущении войны как средстве решения внутриполитических и внешнеполитических проблем и в морально-психологическом оправдании неизбежных на войне жертв.
Это единение возникло не на пустом месте. Оно является следствием реидеологизации режима. Начавшись как прагматично-меркантилистский, ориентированный в большей степени на материальное, чем духовное, он за двадцать лет переродился в квазитеократическое государство, отрастив себе новую идеологию взамен утерянного коммунизма. Эта идеология является эклектичной и внутренне противоречивой, что, безусловно, скажется на будущем режима, но для настоящего важно, что она есть. Этот идеологический «коктейль Молотова», в котором смешаны советское и православное мессианство, оказался великолепной «заправкой» для воспламенения русского милитаризма. Вокруг этого идеологического эрзаца сформировалось нечто наподобие секты, у которой адекватность восприятия окружающей реальности ограничена их резко суженным и затромбированным собственными мантрами мировоззрением. Эти вполне могут повторить.
Решимость, в основе которой лежит подавленная истерика, — самая благоприятствующая среда для развязывания войны; эта решимость не ведает сомнений, не пускает внутрь себя трезвый расчет, а поэтому чаще всего становится матерью авантюрных шагов.
Это блатная решимость шпаны из подворотни, готовой на адреналине, подскакивающем от осознания собственной крутости, ввязаться в любую драку. Откуда вышли, к тому и пришли.